1. Первый принцип: Существо Бога, Отца, Сына и Святого Духа по своей сути взаимосвязано и находится в общении.

Многие люди в мiре утверждают веру в Бога как в Личностный Абсолют, но Единый Бог для них и есть Единая Личность. Это, очевидно, относится к иудаизму и исламу: мусульмане и иудеи утверждают веру в личного Бога, но отрицают Троицу. Но даже люди, называющие себя христианами, часто говорят о Боге как об Отце и не верят в Троицу. В ранней церкви, когда Арий выдвинул еретическое представление о том, что Христос, Сын Божий, был тварью, одним из ключевых аргументов против него, выдвинутых св. Афанасием и другими, было то, что имя «Отец» подразумевало имя «Сын» от всей вечности. Не было времени или века, когда Бог не был Отцом, а Личность Отца подразумевает Личность Сына. Иными словами, Бог как «личность» или «личность» подразумевает «лица», причем лица в любящем и полном общении (Видевший Меня видел Отца… Я в Отце и Отец во Мне (Ин.14:9,11)).

Кстати говоря, нам следует опасаться тенденции многих представителей современного общества говорить о трех «авраамических религиях», имея в виду под этим термином христианство, иудаизм и ислам. Есть только одна религия Авраама: христианство. Как говорит Сам Христос, Авраам рад был увидеть мой день; и он увидел это и возрадовался (Ин.8:56). Есть только один Бог Авраама, и это Святая Троица, Отец, Сын и Святой Дух. Те, кто отрицают Христа, не поклоняются Богу Авраама. Я говорю это, потому что это тесно связано с концепцией божественной личности. Для мусульман или иудеев (и многих еретиков-христиан) Бог Авраама не может быть предвечным Отцом предвечного Сына: этого не допустит их представление о Боге как личности, что выдает ошибочное индивидуалистическое представление о личном Боге.

Православная позиция утверждает, что личный Бог воистину един по сущности, жизни и энергии, но поскольку личное подразумевает отношение (σχέσις) и общение (κοινωνία), откровение Отца через Христа в Святом Духе является основой нашего богословского изложения тринитарного догмата. В Церкви мы знаем Отца, Сына и Святого Духа как отдельных, но объединенных без разделения и смешения. Поскольку Три Лица едины по своей природе и свойствам, единственный положительный способ отличить их — на основе их отношений друг к другу. Отец рождает, Сын рождается от Отца, и Святой Дух исходит от Отца.

Это заставляет меня сделать еще одно замечание. Некоторые христиане считают допустимым заменить имена Отца, Сына и Святого Духа тремя разными именами, такими как «Создатель, Искупитель, Хранитель». Некоторые протестанты и даже какое-то время некоторые католики стали крестить этими новыми, нетрадиционными именами. Конечно, мы можем сразу отвергнуть такое новшество на основании как Писания, так и Предания. На богословском уровне нововведение также не имеет смысла. Термины «Творец», «Искупитель» и «Хранитель» — это не личные/собственные имена, а атрибуты или действия Бога, и мы знаем, что все атрибуты или действия Бога разделяют все три лица Троицы. Таким образом, все три Лица являются Творцом (Отец творит через Сына в Святом Духе), все три участвуют в искуплении (Отец посылает Своего Единородного Сына, Который после Своего вознесения посылает Духа на человечество), и все три являются деятельными в поддержании мiра. Собственные имена Лиц Троицы — это Имена, которые обозначают или указывают на отношения с другими Лицами, и поэтому они не могут быть изменены.

2. Божественные Личности не являются центрами сознания.

Второй принцип православного подхода к божественной личности, который я хотел бы выделить, относится к идее сознания. На Западе понятие личности настолько связано с сознанием и саморефлексией, что православная идея кажется совершенно непонятной. Не желая слишком обобщать, в западном понимании личности господствовала идея, выдвинутая Боэцием в шестом веке, о том, что личность есть «индивидуальная субстанция разумной природы». Акцент на личности как на рациональном индивидууме распространился на психологию, где практически все модели личности строятся вокруг предположения, что люди являются центрами сознания. Но эта идея чужда православному догматическому богословию. Лица Троицы не являются самостоятельными центрами сознания: они в полноте любви разделяют один ум, одну мысль, одну жизнь во всех отношениях. Таким образом, православные не верят, как утверждают некоторые критики, в Троицу как в «трех личностей», случайно сошедшихся вместе: это троебожие, форма многобожия. Я оставлю этот момент здесь, так как эта идея снова возникнет, когда мы рассмотрим принципы человеческой личности.

3. Монархия Отца.

Третий принцип, который я хотел бы упомянуть в отношении божественной личности, — это Монархия Отца. Μοναρχία — это греческое слово, которое просто означает единый источник или один источник. Некоторых неправославных богословов привлекла идея божественных личностей в общении, изложенная некоторыми православными, такими как митрополит Иоанн (Зизиулас) и Владимир Лосский. Однако им часто не нравится мысль о том, что общение внутри Троицы по-прежнему связывается православными с личностью Отца. Это отвращение обычно проистекает из политкорректного желания не преувеличивать Отца над другими (слишком патриархально) и из желания избежать субординации в Троице. Субординационизм — это идея о том, что одна личность в Троице лучше других, или что существует установленный ранг лиц (первый, второй, третий; золото, серебро, бронза).

Однако эта критика ошибочна. Настаивание Отцов Церкви на Монархии Отца не имеет ничего общего с идеей, что Отец лучше Других или что Он имеет какую-то монополию на божественную жизнь. Это просто подтверждение функции Отца как личного источника в Боге. Тот факт, что Сын рожден от Отца, а Святой Дух исходит от Отца, не делает их подчиненными или меньшими, чем Отец. Различие в отношении не подразумевает различия в ранге или какого-либо неравенства.

Как православные христиане мы знаем, что нет ничего вне Христа. Хотим ли мы узнать меру того, кем является Бог, или меру человека, мы находим все наши ответы во Христе, совершенном Боге и совершенном человеке. Центральное место Христа в нашем понимании человеческой личности невозможно переоценить. Но это может показаться запутанным: если Христос — божественная личность, как он может быть образцом человеческой личности? Здесь нужно сделать несколько замечаний. Во-первых, мы созданы по образу Христа Бога нашего. Святитель Николай Кавасила отмечает, что «ветхий Адам не является образцом для Нового Адама [т.е. Христа], а новое есть образец для старого». То есть с самого начала человек был создан по образу своего архетипа, который в конечном счете есть Воплощённый Сын. Сын Божий, вочеловечившийся, — это наш доступ к личности, наше средство для личности. Мы можем только исполнить божественный образ и подобие внутри нас в Нем. Как говорит нам Сам Христос, никто не приходит к Отцу, как только Мною (Ин. 14:6).

Я настаиваю на этом, потому что есть люди, которые довольно абстрактно говорят о людях как о личностях по образцу Святой Троицы. Они говорят так, как будто у людей есть некая врожденная способность жить подобно Троице, и они используют тринитарную доктрину для создания социологических или политических теорий. Но это заблуждение. Такое мышление неверно истолковывает и опускает тринитарное богословие до человеческого уровня, как если бы идеализированное человеческое общество могло сравниться с невыразимой жизнью Божества! Нет. Наш мiр — падший мiр, и он не может спасти себя. Он не обладает способностью быть истинной личностью сам по себе. Как мы видели, божественная личность предполагает полное общение, в котором каждое лицо Троицы несет в себе полноту жизни и природы других лиц, жизнь такой любви, что между ними не может быть никакого промежутка; Три есть Одно.

Люди действительно благословлены образом Божиим, и этот образ направлен к высокой цели участия в жизни Троицы, но, что особенно важно, этот образ находит свой единственный истинный покой и исполнение через сыновнее усыновление [усыновление сыновей] в Христа, через того, кто называется сынами по благодати через Того, Кто есть Сын по природе. Другими словами, мы не становимся личностями, создавая более справедливое общество здесь, внизу, посредством нравственного прогресса или международных мирных договоров. Мы не можем осознать свою личность, взращивая или совершенствуя наши природные дарования отдельно от Христа, будь то научные, интеллектуальные или физические дарования. Мы становимся истинными людьми, когда сбрасываем ветхого человека и облекаемся в нового, когда перерождаемся детьми Божьими.