Жена, облеченная в солнце
  Home  
Свящ. Писание     ru     en  
       
 
 
. Загрузить
zip-file
Главная
+ Категории
+ Явления
Ла-Салетт
Фатима
Борен
Хеде
Гарабандал
Зейтун
Акита
Меллерей
Меджугорье
История
Апостасия
Коммунизм
1000 лет
Библия
Богородица
Толкования
Молитва
Розарий
Обожение
Сердце
Жертва
Церковь
Общество
Природа
Персоналии
Тексты
Статьи
Указатель
Ссылки
Литература
email
 
Толкования. Народ Божий Категория: Церковь Толкования. Искупление

Церковь
Иерархия и таинства
По работам отца Сергия Булгакова

Иерархия в апостольский век

Вопрос о возникновении трехстепенной иерархии, как основы церковной организации, принадлежит к числу труднейших в современной церковно исторической науке и, по всей вероятности, при данных источниках обречен остаться достоянием гипотетических догадок и построений. Однако можно считать наиболее вероятным тот общий итог, который напрашивается в результате исторических наблюдений: в течение первого века, апостольская и после апостольская церковь не знает трехстепенной иерархии в теперешнем смысле.[*] Последняя может быть констатирована с начала II века (с первого послания Климента, посланий св. Игнатия Богоносца и после них) и еще даже, на переломе I и II века, по крайней мере по местам (Διδαχή) мы наблюдаем более сложную харизматически-иерархическую организацию. Однако уже с середины II века водворяется иерархическая организация с более или менее явным «монархическим» епископатом во главе. Мы наблюдаем как бы две эпохи: во-первых, апостольский и послеапостольский век, когда благодатные дары, приуроченные позднее к харизме иерархической, были обильно изливаемы как бы  поверх иерархических граней, и, наряду с самими св. апостолами, действовали и разные харизматики (I Кор. 12), и, во вторых, эпоху урегулированного харизматизма через иерархию по типу ветхозаветного священства, начиная с II века. Можно не преувеличивать (подобно Зому) всей противоположности обеих эпох, однако нельзя не видеть всего их различия.


[*] Сюда относится отсутствие определенного различия между епископами и пресвитерами, в Д. Ап., XX, 17, 28; равно к Титу, I. 5-7; Филип. I, 1, I Тим. гл. 3 (диаконы) и под.

Возникновение иерархии в послеапостольский век

Таково прямое свидетельство истории, которое не может быть обессилено догматическими постулатами о непрерывном существовании иерархии для совершения таинств с древнейших времён. Напротив, более вероятным является, что иерархия возникает в истории, как бы самопроизвольно и, конечно, в соответствии с духом апостольского предания и никоим образом не вопреки ему, хотя и было время, когда ее не было.[*]

Этот факт исторического возникновения иерархии в настоящее время вносит целую догматическую смуту, причем и в суждение о самом историческом факте привносятся догматические страсти и тенденциозность. Для одних в этом факте содержится догматическое устранение преемственной иерархии в пользу выборного всеобщего священства, для других уже в самом признании этого исторического факта усматривается злостная ересь, — подрыв иерархического начала в жизни церкви, которое хотят поддержать историческим мифом. Обе точки зрения одинаковы неверны в своей прямолинейности, но факты, бесспорно, нуждаются в догматическом истолковании.


[*] Это, впрочем, не исключает возможности прямого апостольского иерархического преемства (во всей неопределенности этого термина) в отдельных случаях, напр., в Риме (согласно св. Иринею и др.), по крайней мере, оно может быть гипотетически конструировано для доказательства определенного тезиса. Однако исключения в данном случае не подтверждают общего правила.

Иерархия есть установление евхаристическое

Органическая природа иерархии в церкви связана с тем, что составляет главную и важнейшую ее функцию. Она состоит не в том, чтобы повелевать и карать (что есть уже вторичная и производная ее функция), но, прежде всего и важнее всего, — совершать таинства, и, самое главное, Божественную Евхаристию. Иерархия есть установление прежде всего евхаристическое. <…> Совершение Евхаристии начинается в церкви тотчас же после Пятидесятницы (Д. А. 2), очевидно, при прямом участии апостольском; позднее (по Didache) она совершается не только апостолами, но и пророками и евангелистами, — переходная эпоха, и к началу II века неизвестными путями, очевидно, неким инстинктом мудрости церковной, непосредственное руководство ею сосредоточивается в руках иерархии, и все определения иерархических степеней совершаются в отношении к Евхаристии.

<…>

Но в этом евхаристическом значении иерархии прежде всего и больше всего раскрывается и соборность ее природы. Евхаристия есть λειτουργία, общее дело, общее служение. Согласно чину православной литургии, в которой соединяются, сплетаясь и чередуясь, молитвы совершителя и молящихся, таинство совершается соборно, всем народом вместе с священнослужителем и власть совершать преложение осуществляется не магическим актом ex opere operato помимо молящихся и без участия их, вообще без отношения к церкви, но как литургия, общее дело. <…> В отрицательной же форме эту мысль можно было бы выразить так: священник или епископ один, без народа и вне отношения к народу, принципиально не может и не должен совершать Евхаристии, а присутствующие на литургии, хотя бы и в самом малом количестве миряне являются представителями всего церковного народа. Итак, следует считать, что происхождение иерархии сакраментально, и она родилась из Евхаристии.

<…>

Итак, епископство и происходящий от него пресвитериум имеет, прежде всего, евхаристически-сакраментальное происхождение и значение, оно есть sacerdotium, таков его мистический корень. Но благодаря этому его значению епископство становится и церковною властью. Каноническое право опирается на силу таинства, епископство есть власть сакраментальная, и так наз. апостольское преемство имеет, прежде всего, сакраментальное значение, для урегулирования совершения таинств. Ни один из других элементов власти, возникшей в епископате не имеет такого первичного значения, напротив, все они представляют собой производные, церковно-исторические, а затем и канонические надстройки на сакраментальном базисе.

Все христиане суть священники

…[П]ринцип всеобщего царственного священства, ведомый Ветхому Завету и провозглашенный апостолом Петром (I Петр. 2, 9), должен быть признан и признается в православии во всей силе. Все христиане суть священники в храме собственной души, которая есть и храм Духа Святого, и все они суть миряне, участвующие вместе с совершителями таинства в божественной литургии, а также и других таинствах. Надо по этому поводу заметить, что состояние мирян в церкви не есть полное отсутствие царственного священства, но лишь особое его состояние или степень, поскольку все христиане облечены в священный сан мирян. Мирянство существует лишь в церкви и для церкви, вне ее не существует ни иерархия, ни миряне: мусульмане или язычники не суть миряне в такой же мере, в какой они не суть и священники. Таинством, которое соответствует рукоположению в сан мирян, является миропомазание, после которого крещенный допускается ко всем другим таинствам. Заслуживает внимания, что это возведение в сан мирян есть епископское таинство, подобно рукополо­жению: в западной церкви, как правило, оно и совершается через возложение рук епископских, в восточной же, хотя непосредственным совершителем является священник, но миро, употребляемое в таинстве, необходимо имеет освящение даже нескольких епископов. В этом смысле миропомазание есть таинство всеобщего священства. <…> …[В] совершении Евхаристии участвует вся церковь в полноте своего царственного священства, которое однако не аморфно, но организованно, как разные члены единого тела, предстоит алтарю.

См. также

Ссылки

Литература

       
     
        Чтобы эти исследования продолжались,
пожалуйста, поддержите нас.
       
       
       
Контактная информация     © 2012—2017    1260.org     Отказ от ответственности